Прочтите текст. Напишите, как Вы понимаете смысл финала текста: «Вера в человека — это самая большая вещь, — отзывался Трифон Петрович.— Когда эта вера пропадет, тогда жить нельзя». Приведите два аргумента из прочитанного текста, подтверждающих Ваши рассуждения.

Как-то в начале июня зашёл к Поликарповне человек и попросил сдать комнату на лето. Он, не торгуясь, заплатил тридцать рублей. Звали его Трифоном Петровичем. Он был какой-то уютный, весёлый и простой человек, и хозяйка с первого же дня привыкла к нему, как к своему.
Один раз, походив около бревенчатого домика, Трифон Петрович сказал, потирая руки:
— Дай-ка я поправлю тебе, бабушка, крыльцо.
— Спасибо, родимый, — сказала Поликарповна, — только чуднó мне что-то: пришёл, снял комнату, даже не поторговался, а теперь ты крыльцом моим занимаешься, будто и не чужие мы люди.
— А что ж, Поликарповна, неужто всё только на деньги считать? Я вот тебе поправлю, а ты потом вспомнишь обо мне добрым словом, вот мы, как говорится, и квиты, — сказал он и засмеялся.
— Теперь, милый, такой народ пошёл, что задаром никто рукой не пошевелит. О душе теперь не думают, только для брюха и живут. Да смотрят, как бы что друг у дружки из рук вырвать, как бы выгоду свою не упустить.
— Ну, нам с тобой делить нечего, — отвечал Трифон Петрович, улыбаясь.
— Прямо с тобой душа отошла, — говорила Поликарповна, — а то уж в людей вера пропадать стала.
— Вера в человека — это самая большая вещь, — отзывался Трифон Петрович. — Когда эта вера пропадёт, тогда жить нельзя.
Один раз вернулся Трифон Петрович из города весёлый и сказал:
— Я там в городе всем порассказал, как тут у вас хорошо: теперь хозяйки не отобьются от постояльцев, у меня рука лёгкая.
Начиная с воскресенья в деревню стали приезжать всё новые и новые дачники. Хозяек охватила лихорадка наживы, и цены поднялись втрое, а так как народ всё ехал, то стали уж хапать без всякой совести.
Как-то зашла к Поликарповне соседка. За разговором невзначай поинтересовалась, за сколько та сдаёт жильё, а услышав ответ, удивлённо раскрыла глаза:
— Да ты, бабка, спятила совсем! У меня есть один, он у тебя с руками за сто оторвёт. Теперь по полтораста берут, по двести!
— Как по двести?.. — спросила едва слышным голосом Поликарповна. У неё почему-то пропал вдруг голос. — Да ведь раньше все дёшево брали…
— Мало что раньше! Тогда народу совсем не было, а теперь от него отбоя нет. Вот что я тебе скажу: из-за чужого человека ты хорошую цену упускаешь, ежели ты его не выставишь, потом ты горько пожалеешь! Ну что, договариваться с новым постояльцем?
Старушка горестно, озабоченно смотрела в сторону, прищурив глаза, потом изменившимся голосом торопливо проговорила:
— Решено! Договаривайся…

СКАЧАТЬ ОТВЕТ
Наверх